200 лет «рязанскому вице-Робеспьеру» М.Е. Салтыкову-Щедрину
27 января 2026 года исполняется 200 лет со дня рождения великого писателя-сатирика Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина (1826–1889).
Говоря о пребывании М.Е. Салтыкова в нашем городе, выделяют два рязанских периода: период вице-губернаторства с 1858 по 1860 г. и службу управляющим губернской казенной палатой с 1867 по 1868 г. В первый период семья Салтыковых занимала каменный дом на углу Астраханской и Николодворянской улиц (в настоящее время ул. Николодворянская, д.24/42), во второй приезд адрес изменился: семья поселилась на углу Владимирской и Абрамовской улиц (ул. Щедрина, 39/49). Оба дома, к счастью, прекрасно сохранились: в первом расположен Музейный центр имени А.И. Солженицына Рязанского историко-архитектурного музея-заповедника, во втором –министерство имущественных отношений региона.
Рязанский круг общения Салтыкова был немногочислен. Будучи высокопоставленным чиновником и передовым писателем своего времени, Салтыков тем не менее обладал неуживчивым характером, трудно сходился с людьми. Неподкупный и прямолинейный, он был «неудобен» и быстро настроил против себя чиновничье общество: «Во всей Рязани едва ли два-три человека найдется, которые смотрят на меня не враждебно. Поэтому жить очень скучно, и живем совершенно одни», – писал Салтыков в 1867 г. Н.А. Некрасову. Отчасти это объяснялось тем, что Салтыков в сатирических рассказах, впоследствии составивших цикл «Помпадуры и помпадурши», фельетонах и «Письмах из провинции», помещавшихся Некрасовым в «Отечественных записках», так верно изображал местных чиновников и их пустую, алчную, не приносящую никакой общественной пользы жизнь и творимые ими беззакония, что этого было не скрыть ни за условными фамилиями, ни за хитроумными метафорами. Но все же именно в Рязани Салтыков приобрел друга на всю жизнь, общение с которым стало «лучом света» в равнодушно-враждебной среде рязанского света.
Летом 1858 г. по уездам губернии прошли выборы членов Губернского дворянского комитета, организованных по всей России с целью выработки условий отмены крепостного права. С конца августа комитет начал работу в Рязани. Участники его заседаний часто засиживались за чашкой чая в доме на Семинарской, в гостеприимной семье сестер-писательниц Хвощинских, о чем впоследствии вспоминала Прасковья Хвощинская: «Каждый вечер собирался у нас кружок близких знакомых, деятелей по крестьянскому вопросу; шли оживленные беседы очень серьезного содержания…». Будущее освобождение крестьян представлялось лучшим представителям дворянства и интеллигенции великим гуманистическим актом, который должен был инициироваться «сверху», не дожидаясь народных беспорядков «снизу». Однажды зимой к кружку неожиданно присоединился важный гость – новый вице-губернатор Салтыков. С этого момента начинаются приятельские отношения между ним и старшей сестрой, Надеждой Дмитриевной, со временем переросшие в крепкую дружбу, продлившуюся до конца жизни.
Личному общению Салтыкова с Хвощинской предшествовало знакомство с ее творчеством. В 1864 г. он писал о ней как об «очень даровитой» писательнице, которая остается «на почве психологических тонкостей», и потому получила «лишь почетную известность». Наконец, в Рязани представилась возможность познакомиться лично.
Общность убеждений – такое условие Салтыков, по воспоминаниям знавших его лиц, считал в человеческих отношениях главным. В письмах писатель называет еще одно качество, которое особенно ценилось им в людях, – доброту. И то, и другое он с избытком нашел в семье Хвощинских. Человек сильного духа, слова и дела, Салтыков на всю жизнь остался для Хвощинской и творческим, и жизненным примером, а она для него – душевно близким человеком, понимающим с полуслова. Да и общего у них тоже было много: оба были «белыми воронами» в рязанском обществе, ставили общественные интересы выше собственных, оба были писателями передовых демократических взглядов.
По отзывам современников, Хвощинская любила прямоту и резкость Салтыкова, «пугавшую других его неустрашимость и, конечно, блестящее остроумие, любила его семью, в которой дружески была принята. Салтыков относился к ней как к доброму, уважаемому товарищу и другу и журил ее за то, что она мало писала».
О близком знакомстве Хвощинской с семьей, сохранившемся до самой смерти обоих писателей в 1889 г., с разницей в полтора месяца, вспоминал сын Салтыкова: «Эта добрейшая старушка, можно сказать, боготворила отца и вместе с тем очень баловала нас, детей, принося нам сласти и рассказывая преинтересные сказки <…> пережила немногим моего отца, <…> причем умерла в совершенной нищете. Болезнь ног не позволяла ей ходить, и ей не на что было приобрести колясочку, на которой ее могли бы перевозить с места на место. Узнав про это, покойная мать моя поручила мне повезти ей ту колясочку, на которой прежде возили моего отца. Я исполнил поручение и был свидетелем радости больной, когда она узнала, кто раньше пользовался колясочкой».
Удивительно, что дружба двух незаурядных людей, оставивших глубокий след в русской литературе XIX века, зародилась именно в Рязани, в косной провинциальной среде, давшей Салтыкову как летописцу общественной жизни полноценный запас материалов и наблюдений, использованных им в своих произведениях для воссоздания картин русской действительности 60-х гг. «История не останавливается от того, что ничтожество, невежество и индифферентизм делаются на время как бы законом… Она знает, что это явление преходящее и что под ним и рядом с ним, не угасая, теплится правда и жизнь», – такой вывод делал Салтыков на основе своего богатого управленческого опыта. Сохранять веру в людей ему позволяло знание того, что даже в самом темном уголке русской действительности есть, подобно Хвощинской, лучезарные души, свет которых способен освещать духовную пустоту и рассеивать мрак невежества.
Материалы подготовлены научным сотрудником Музейного центра им. А.И. Солженицына Н.Е. Куликовой
Пдписи к фотографиям:
- Памятник М.Е. Салтыкову-Щедрину в Рязани
- Дом на углу улиц Ленина и Николодворянской, где жил писатель в 1858 – 1860 гг.
- Дом на углу улиц Свободы и Щедрина, где писатель жил в 1867 – 1868 гг.
- Писательница Надежда Дмитриевна Хвощинская. РИАМЗ
